Александр Сорокин
г.Кемерово

Это значит – "Бабье лето"...

Не случалось мне прежде бывать на бардовских фестивалях. Но вот собрался, поехал на «Бабье лето» в компании двух молодых дам, Жени и Лены. Лена вроде меня, в этих затеях новичок. А Женя – человек опытный, на фестивали ездила не раз. К вечеру пятницы добрались из Кемерова в Юргу, небольшой город в сотне километров от областного центра Кузбасса. А оттуда до фестивальной поляны, которую на этот раз выбрали у села Проскоково, рукой подать – каких-то двадцать или тридцать километров. На этом отрезке организаторы запустили челночным способом свои автобусы, так что на поляну мы прибыли в большой развеселой компании людей с рюкзаками и гитарами. На поляне, в прилегающем к ней сосняке и на берегу речушки Лебяжьей – сотни разномастных палаток и шатров. На шестах мокнут под дождичком флаги и штандарты немыслимых расцветок. И публика снует, обустраиваясь, заготавливая дрова для костров, разыскивая знакомых и знакомясь с незнакомыми. Точно подсчитать невозможно, поскольку не все регистрируются, но, похоже, фестиваль собрал не меньше двух-трех тысяч человек.

 

Принято считать, что фестиваль авторской песни "Бабье лето" (нынче он был проведен уже в 11-й раз, с 23 по 25 августа) входит в четверку наиболее престижных общероссийских мероприятий такого рода. Наряду, скажем, со знаменитым Грушинским фестивалем, который шумит каждое лето неподалеку от Самары и собирает многие тысячи участников, гостей и просто любопытствующих зевак. Грушинский фестиваль (или пропросту "Груша", как его именуют люди, причастные к миру авторской песни) в последние годы превратился, по свидетельствам из первых рук, в какое-то немыслимое шумное шоу. Авторская песня, дело камерное, интимное и далекое от карнавально-коммерческой истеричности, вписывается в подобный формат с ощутимыми потерями.

На "Бабьем лете", которое проходит традиционно в окрестностях Юрги, всё проще и, если так можно сказать, душевней. Нет алчущих развлечений толп. Основная масса съехавшихся конкурсантов и тусовщиков – это все же люди, хорошо понимающие, что здесь происходит, и готовые вести себя в рамках сложившихся правил. Конечно, по рассказам я примерно представлял, что и как устроено на фестивале. Днем поют песни на сценической площадке. Вечером, опять же, допоздна песни поют и водку пьют, но уже не на сцене, а у костров. Ну а ночью можно маленько поспать.

Тут я сильно просчитался. Как начались песни с пятницы, так и продолжались безостановочно до воскресного утра. Расположились мы в сосняке, от сцены в какой-то сотне метров, и за полночь там отчего-то тоже кто-то что-то пел. А ночью, сами понимаете, слышимость избыточная. Шарашатся по темному лесу, чертыхаются, спотыкаясь о палаточные растяжки, какие-то кривоватые личности. А то вдруг разрушают дремоту новые звуки: метрах в тридцати от нашей палатки стихийно возникли танцы в оглушительном музыкальном сопровождении автомобильной аудиосистемы. Где-то поодаль в ночи звучит пионерский горн – это прикалывается непременный Паша Гридин, председатель дураков земного шара. Или Евгений Полюцкий, авторитетный в кемеровских песенных кругах человек, у ближнего ночного костра начинает громко и азартно наставлять конкурсанток: "Тут нужно в миноре, в миноре, ну-ка, девочки, еще разок..." И следом – звучные гитарные переборы. А то сквозь тонкую ткань палатки снаружи вдруг раздается пьяненький женский вопль: "Ой, мороз, мороз!.." Посветил я фонариком на часы: мама родная, полпятого утра!

Уравновешенная Лена, замотавшись с головой в спальный мешок, пытается это бесчинство переждать. Женя, наоборот, ворочается и возмущается: "Нина, прекрати! Какого... трам-тарарам!" После чего Нина вламывается к нам в палатку и, топчась локтями по моим ногам, начинает шумно выяснять, отчего её Женька не уважает... Ладно, Нину мы хоть знаем. А то барышни из соседней палатки жаловались, что под утро вломился к ним совершенно неведомый мужик и преспокойно собрался улечься спать. Ну и так далее.

Днем тоже весело – резвятся раскованные участники состязания дураков, летает над поляной параплан, бьют в свои барабанчики кришнаиты. В общем, если бы даже не было главного фестивального дела, так сказать, главного блюда – отборочных прослушиваний, конкурсных концертов, презентационных выступлений, мастер-классов – все равно времяпрепровождение здесь было бы интересным.

Наташа Добрынина, известная своими песнями не только землякам-кемеровчанам, привела к нашему костру Александра Козленю, бессменного организатора ежегодных юргинских фестивалей.

– Прежде главной нашей заботой была массовость, но теперь приходится менять приоритеты, – рассказывает Козленя. – В первый год около трехсот человек собралось, а теперь стали съезжаться тысячи людей, причем, фестиваль для некоторых из них – это лишь повод выехать на природу и вволю "поквасить". Они просто мешают остальным. Мы в этом году вообще хотели сделать фестиваль закрытым, только для тех, кого сами пригласим. Но недели за две до начала поняли, что узкого круга никак не получится. Информация расползлась, заявок поступило очень много. Пришлось действовать по прежней схеме, только приняли меры по "структурированию", чтобы случайные люди не мешали тем, кто приехал сюда ради авторской песни. Что касается именитых бардов-мэтров, то почти все они у нас побывали в прежние годы. Иногда приезжали сразу по 4-5 человек с "именами". Сам Булат Окуджава приезжал. А в этом году как-то не сложилось – кто приболел, у кого другие планы на эти дни. Но беды в этом большой нет. Мы нынче сделали упор на другое – на показ молодых сибирских авторов и исполнителей. Хочу отметить, что если прежде я сам занимался всей подготовительной работой, то теперь подобралась неплохая команда, в основном, студенты Томского политеха, которые связаны с "Бабьим летом" уже много лет. Они распределили обязанности, значительную часть организационной работы сделали сами...

Организаторы действительно много потрудились – в полевых условиях нормально обеспечили транспорт, медицину, милицию, электрический свет, звукоусиление, подвоз воды в квасных бочках, бакалейно-продуктовую торговлю (завезли даже эскимо и замороженные пельмени, не говоря уж про пиво). Выпустили газету, подготовили сувенирные безделушки с символикой фестиваля.

Днем в субботу состоялся детский концерт, а вечером началась конкурсная программа, в ходе которой жюри под председательством известного барда Анатолия Киреева (г.Курган) определило лауреатов. Пели поодиночке, дуэтами и более многолюдными ансамблями. Свои собственные песни и чужие. В основном под гитару, но иной раз звучали аккордеон, мандолина и даже экзотическое банджо. Участники представляли преимущественно сибирские города, края и области, но кое-кто приехал и из более дальнего далека, скажем, из Челябинска, Казани, Москвы, с тюменского Севера, с Камчатки.

Предварительные прослушивания, конечно, отфильтровали самых слабых. Однако и в заключительный конкурс просочилось некоторое количество совершенно бредовых текстов, неспевшихся дуэтов и безголосых одиночек, которые пытались перекрыть недостаток умения избыточным энтузиазмом. Но в целом этот четырехчасовой концерт оставил очень приятное впечатление. Завершился он к полуночи, и в лучах укрепленных на столбах прожекторов гудящая музыкой и песнями ночная поляна представляла, конечно, феерическое зрелище. Члены жюри удалились и совещались больше часа. И вот – награждение победителей. Грамоты и лауреатские дипломы получили Вера Лымарева (Кемерово, КСП "Лестница"), трио из Юрги в составе Тимофея Васильева, Александры Ангарской и Андрея Хмелевского, Эдуард Воробьев (Полысаево, Кемеровская область), Михаил Бреславский (Бердск, Новосибирская область), Яна Стахеева (Томск), кемеровский дуэт исполнителей в составе Татьяны Чукреевой и Дины Ивлевой, а также Наталья Беленкова (Казань).

Гран-при жюри присудило Екатерине Криницыной (Омск) за исполнение песни Александра Дольского. Призом ей стала прекрасная испанская гитара. Я не знаток инструментов, но, судя по оживленной реакции понимающих людей, это действительно нечто достойное. Маститый Анатолий Киреев сказал, что сам бы на такой с удовольствием играл.

На мой дилетантский взгляд, выступавшие "исполнители" были в целом посильнее "авторов". Немудрено, наверное. Автору нужно обладать слишком большим разнообразием талантов – сделать хороший текст, интересную музыку, да еще суметь самому всё это более или менее прилично исполнить. Кроме тех, кого отметило жюри, я бы выделил еще некоторые номера программы. Очень славно спели лирическую песню "Подсолнухи" (про любовь, естественно, к женатому) три конкурсантки из Колпашева (Томская область). Лысый весельчак из Ленинска-Кузнецкого Анатолий Павлов очень задорно спел песенку про расческу, подыгрывая себе на банджо. Озадачил публику и жюри Сергей Феденков из г. Куйбышев (Новосибирская область): сначала рассказал умильный стишок про убиенную царскую семью, а потом сильным высоким голосом пропел надрывную "монархическую песнь" на ту же тему, что совершено выпадало из общего контекста фестиваля. Супруги Вячеслав и Ольга Самойленко из небольшого поселка Свердловский в Кемеровской области замечательно исполнили авторскую песню про лето и осень. Если бы жюри состояло из меня, то быть бы им лауреатами. Очень хорошее впечатление произвел исполнительский дуэт двух Светлан (Кукушкина и Кравченко) из поселка Железногорский Красноярского края. Дарья Федосеева из Омска в оригинальной манере хорошо спела собственную песню, но на мой взгляд, поэтический ее талант заметно уступает певческому, поскольку текст довольно сумбурный.

Помяну еще очень голосистую Наталью Медведеву (Белово, Кемеровская область), исполнительский дуэт в составе Ирины Седельниковой и Якова Фадеева из села Подгорное (тоже Кемеровская область), интеллигентного усача Александра Касперского (Томск) и новосибирского исполнителя Виталия Шинтяпина (заранее прошу прощения, если исказил фамилию – записывал на слух, а уточнить не успел). Виталий пел "Романс" Дмитрия Авилова. Истинные любители авторской песни, как выяснилось, люди исключительно выносливые. У меня после двух "музыкальных" дней и ночей уже в ушах звенело и глаза слипались. Утомленные Женя с Леной давным давно забились в палатку и безуспешно пытались уснуть. А этой публике – хоть бы что. В третьем часу ночи в небо с треском и густым белым дымом полетели фейерверки и салюты. Долго пел, на радость публике, Анатолий Киреев ("Севера-а, севера-а..."). Потом народ так раззадорился, что принялся на пятачке перед сценой отплясывать энергичный рок-н-ролл в сопровождении гитары москвича Артура Гладышева. Он наяривал какую-то безумную мешанину из текстов Городницкого, Визбора, Митяева, "Мухи-Цокотухи" и приблатненного новорусского жаргона. И вся эта веселая свистопляска продолжалась до утра.

Я то дремал, то просыпался, а в пять утра решил прогуляться по лагерю. Повсюду обилие догорающих и "допевающих" костров, которые выдержали даже изрядный ночной дождик. Опустевшая концертная поляна – будто снегопад прошел – густо забросана растоптанными белыми пластиковыми стаканчиками и емкостями из-под пива. А у сцены, сидя в окружении небольшой группы молодежи, Киреев все еще играет на гитаре...

Воскресным утром притомленная публика убирала территорию, сворачивала палатки и разъезжалась. Стало известно о неприятном происшествии: одна из приехавших дам с вечера уснула в салоне автомашины, а утром не проснулась. Точно не знаю, но, говорят, сердце отказало. Спутницы мои, сонные Женя с Леной, вяло укладывали рюкзаки, обсуждали эту печальную новость и размышляли насчет позавтракать. Но тут обнаружился хороший парень по имени Стас, который согласился взять нас до Кемерова в свою иномарку. Завтрак пришлось отменить, быстро побросали шмотки в стасов багажник и стартовали. Повезло: домчались домой мы быстро, за пару часов. И, если не считать упомянутого грустного происшествия, можно уверенно сказать, что 11-й Всероссийский фестиваль авторской песни "Бабье лето" прошел просто замечательно. Мне понравилось. Наверное, через год опять поеду.

Кстати, те, кто хотел бы узнать об истории и текущих новостях фестиваля "Бабье лето", могут заглянуть на сайт http://babaleto.tomsk.ru. Правда, информация там довольно скудная, почти без картинок и сильно запаздывает. Поэтому думаю, у меня на сайте на данный момент наиболее полный отчет о "Бабьем лете – 2002".

Кроме того, мои печатные тексты о фестивале (похожие на тот, что здесь, но покороче) с кое-какими снимками можете найти в кемеровских областных газетах "Край" (за 30 авг.) и "Томь" (за 4 сент.).

Александр СОРОКИН

(30.08.2002)